Нелегкая солдатская доля

Казалось, сама вода в Одере превратилась в кровь. Для форсировавших эту водную преграду, открывавшую прямой путь в сердце проклятого рейха штурмовых подразделений, непрерывный артиллерийский, пулеметный и минометный огонь был настоящим адом. Но и вид кипящей от разрывов темно-красной от крови воды приводил в ужас. «Чья кровь? Фрицев? Наших?», — неумолимо сверлила мысль ефрейтора Пешевича, когда понтон под ураганным огнем гитлеровцев двигался к западному берегу. А дальше началась мясорубка, перемоловшая десятки тысяч жизней советских бойцов и командиров, добивавших фашистов уже в их зверином логове…


…После окончания шести классов уроженец деревни Борки Федор Данилович Пешевич решил перейти на свои хлеба, отправившись учиться в фабрично-заводское училище на Донбасс.


— Тогда шесть классов было серьезным образованием, хоть в учителя иди, – шутит ветеран. – А после него я пошел на Днепропетровский горно-химический завод. Но долго проработать там мне так и не удалось. Началась война.


Еще во время эвакуации выпускники ФЗУ оказались не у дел. Руководству завода было не до них, в этой кутерьме, когда с каждым днем приближался противник. Кто из ближайших областей — сразу разошлись по домам. А выходцу из Беларуси пришлось сполна хлебнуть оккупации на чужбине. Не раз приютили его местные женщины, но голод не позволял надолго где-то задерживаться парню. В этих мытарствах по оккупированым сёлам он и встретил освобождение.


После призыва и прохождения курса молодого бойца Федор Пешевич был направлен в 20 сводный мотострелковый полк. Так начался его боевой путь на Берлин и Прагу. Для пулеметчика всегда находилось задание у командиров. Тем более что с ручным пулеметом Дегтярева можно было в любом месте организовать огневую точку.


— Сразу после форсирования Одера, а он в том месте по ширине как наша Припять, только течение быстрее, наш полк практически с ходу ввязался в уличные бои ближайших немецких городов. И один такой бой мне по-настоящему боком вылез, — рассказывает Федор Данилович.


Во время перестрелки пулеметчика Федора Пешевича от гитлеровцев отделяла улица и полуразрушенная стена. Не давая им высунуться, Федор Данилович вел заградительный огонь во время очередной атаки. И чтобы наконец-то угомонить пулемет, фашисты забросали его гранатами. Еще не почувствовав боли в горячке боя, ефрейтор Пешевич попытался сменить огневую позицию, но через несколько метров упал. Осколки в нескольких местах, перебив ремень, пробили бок. Так и лежал он, пока его не подобрал однополчанин Николай Ермолич. Но доставить в тыл бойца было не так просто. Ездового и лошадь убило рядом. Только через несколько часов его перевязали и отправили в тыл…


— Наш полк оказался в Дохау, — вспоминает ветеран, — там мы на ужасы этого концлагеря насмотрелись на десять жизней вперед. Нас привели к двум крематориям, где лежали кучи по полтора метра человеческого пепла. В нем можно было найти и зубы, и другие металлические предметы. Сами понимаете, что там был за ад.


Штурмовать сам рейхстаг Федору Даниловичу не довелось. Полк прошел по пригороду Берлина и с боями устремился на запад. А через шестьдесят километров советские войска встретились с союзниками. Но не только война для этого полка не закончилась, но и передышки ему не дали. Ночью поставили боевую задачу и форсированным маршем, кто в качестве танкового десанта, а кто и на машинах двинулись в сторону Праги.


Почти до самого конца цель марша не знал практически никто. Но в память четко врезались слова командира взвода младшего лейтенанта: «Ребята, берегите себя, во время атаки идите за танками. Война закончена».


Уже после окончания пражской операции и окончательного разгрома остатков эсэсовских частей, Федор Пешевич стал свидетелем картины, когда в плен немцы сдавались тысячами. Это были те, кто претендовал на мировое господство…


— Чехи нас встречали очень радушно, видать, тоже натерпелись от Гитлера. Столы вдоль дороги стояли и угощали нас, — говорит Федор Данилович. – Помню молоденькая чешка сувенир на память попросила. А что ей дать? Не патроны же или гранату. Тогда я с пилотки звездочку снял и подарил. Такая была встреча… После демобилизации Федор Данилович вернулся домой. Грудь солдата украшали медали «За взятие Берлина», «За освобождение Праги», орден Отечественной войны. Устроился на работу в местный колхоз. Женился. И род после себя оставил на зависть многим – трое детей, девять внуков и пока четырнадцать правнуков. Есть чем гордиться последнему, живущему в Борках, солдату-освободителю.


А. КИЦУРА.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.