Генерал-майор Лотенков: «История и Родина забвения не прощают»

792d13b87c28a2be2a99ba4160e2218cЕсли бы встретили этого человека на улице в штатском, то, возможно, не сразу бы в нем узнали заместителя Министра обороны по вооружению — начальника вооружения Вооруженных Сил Республики Беларусь. Однако то, что перед вами человек военный – очевидно. Уровень, статус и профессия, безусловно, откладывают внешний отпечаток. Но многое, убежден генерал-майор Лотенков, передают своим детям родители – не только генетически, а и образом жизни. Впрочем, отца Игоря Николаевича, учителя, директора Туровской средней школы, отличника образования БССР Николая Степановича, случалось, принимали за офицера. А если еще вспомнить, что мама Мария Ивановна, заслуженный учитель Республики, там же сеяла разумное, доброе, вечное, являясь классным руководителем сына, то, кажется, его путь был предопределен. Как, например, у старшей сестры Светланы, ставшей педагогом, — она преподает в одной из школ искусств Киева. Хотя и сам Игорь Николаевич, и его младший брат Александр окончили музыкальную школу.
Это штрихи к портрету человека, оберегающего наш покой и суверенность страны, принимающего стратегические решения и влияющего на боеспособность армии. Однако об этом мы почти не говорили. Речь шла несколько о другом.
— Игорь Николаевич, как становятся заместителями министра обороны?
— Не сразу. Длительный и поступательный путь, кропотливый труд, наработка опыта и знаний. Прежде чем стать офицером, в силу объективных причин, мне пришлось окончить машиностроительный факультет Белорусского политехнического института по специальности инженер-механик, одновременно обучаясь на военной кафедре. Уже после были: в 1993 году — Военная академия бронетанковых войск имени Маршала Советского союза Р.Я. Малиновского, с высшим военным образованием, и в 2007 году — Военная академия Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, где получил «самое высшее» военное образование (улыбается — авт.). Школа нашего «политеха» до сих пор является одной из ведущих среди технических ВУЗов в мире. Кроме того, именно в этом ВУЗе сформировался технический склад ума и мысли, за что я безмерно признателен и благодарен коллективам учителей и профессорско-преподавательского состава. Нестандартные решения в военном деле, наверное, и стали основополагающими в моей служебной деятельности.
— Для такой карьеры нужен еще и характер.
— Здоровые амбиции лидера или разумный карьеризм, конечно, во мне всегда присутствовали. Ведь, не мною сказано: плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Проходя различные ступени служебной лестницы, начиная с должности заместителя командира учебной танковой роты по технической части, встречал опытных наставников, научивших любить свое дело, постоянно совершенствовать профессиональное мастерство, с ответственностью подходить к решению поставленных, порой не простых задач, не останавливаться на достигнутом. Наверное, это и позволило должностным лицам различного уровня заметить мои какие-то качества, соответствующие предъявляемым требованиям, и принимать решения о продвижении по службе. К слову, после института на военную службу поступил по собственному желанию, написав соответствующий рапорт по команде, и был призван Советским РВК г. Минск. Так с 1983 года и служу.
— Учитывая в какой семье Вы росли, логично было бы предположить продолжение династии. Кто повлиял на выбор профессии? И почему не стали ей учиться сразу?
— С детства хотел стать офицером. Мы ведь в советское время все росли на фильмах и книгах о войне, примерах высочайшего патриотизма. Служба в армии считалась почетной обязанностью, а к тем, кто по разным причинам избегал ее, относились в обществе с непониманием. Офицерская служба, как особый вид государственной, являлась престижной. Но так сложилось, что в детский сад я ходил с ребятами на год старше. Когда все они пошли в школу, в группе остался один. Отец, работавший тогда директором СШ №1 в Турове, пользуясь служебным положением (улыбается — авт.), отправил меня вместе с ними. В качестве педагогического эксперимента договорились с Варварой Исааковной Деменковой, моей первой учительницей, что мне оценки ставить не будут, поскольку разница в год для детей достаточно большой разрыв. Но оказалось, что я успешно с программой справлялся. Потому и школу окончил не в семнадцать лет, а на год раньше. По этой причине мне отказали в поступлении в военное училище. Помню, как, видя мое страстное желание стать офицером, поддерживал меня тогдашний наш военрук Александр Артемович Фещенко. Он даже отправлял письмо в Министерство обороны СССР, чтобы сделали исключение. Не сложилось. Но сыну учителей как было не поступить в институт? Это позор, что недопустимо. Учитывая наличие военной кафедры, и выбрал политехнический. Кстати, у меня ранее была попытка – поступить в Суворовское училище после девятого класса. Но если там не хватало года, то здесь он оказался лишним — надо было использовать шанс по окончании восьмого класса. Что касается династии Лотенковых военных, то думаю, сын Александр, капитан Вооруженных Сил Республики Беларусь, ее продолжит.
— Вам в школе делали скидку на возраст или, учитывая, что отец директор?
— Нет, конечно, тогда такого и понятия не было. В аттестате у меня всего две четверки, а при поступлении в институт кого волновало чей ты сын? Родителей мы видели и дома, и в школе. Их образ жизни нас многому научил. Прежде всего, подходу к людям. В моем классе было 42 ученика, разного социального статуса родители, но мама с каждым умела поладить, используя возможности коллектива. Думаю, способность к дипломатии, уважение собеседника — одни из ценнейших качеств в общении с людьми, прививались именно родителями. Плюс чувство ответственности не только за себя, но и за поступки других.
— Когда-нибудь случались разочарования профессией?
— Армия вместе с государствами постсоветского пространства переживала разные времена трансформации, что-то, возможно, и огорчало. Но чтобы разочароваться — нет. И радует, что сегодня служба в Вооруженных силах Беларуси набирает авторитет. Об этом говорит переход количественного набора призывников в качественный. Не все попадают в армию, а отслужившие имеют больше перспектив дальнейшей реализации в гражданском обществе.
— А правда, что памятник боевой машине десанта в Житковичах Ваша идея, как и ее реализация?
— Если честно, то да. Может, это и не скромно, но после посещения музея «афганцев», организованного и содержащегося энтузиастами гимназии им. А.А. Лихоты, хотелось хоть чем-то им помочь. Тем более что «за речкой» пришлось повоевать моему двоюродному брату Александру Евдокимовичу Чикиде, друзьям детства братьям Сергею и Леониду Аскерко, и еще многим ребятам, родившимся на Туровщине и в Житковичском районе, четырнадцати из которых не довелось вернуться живыми в родную Беларусь. В знак уважения к их лишениям, подвигам и появилась мысль о передаче Министерством обороны макета БМД-1 для установки в качестве памятника, что и было сделано.
— Как часто бываете в Турове?
— Хотелось бы чаще. Но, как правило, приезжаю на праздники, обязательно в День рождения мамы в октябре. Старюсь вырваться на недельку-другую отпуска.
— Любимое место на малой родине есть?
— Конечно, их немало, но Припять — основное. В отпуске все бросаю, берем с женой удочки, палатку, у нас все походное для рыбалки есть, и суток трое обязательно проводим на берегу Припяти. Кстати, со Светланой Анатольевной мы вместе 33 года. Вырастили двоих детей. Дочь Мария — инженер-технолог, о сыне уже говорил.
— Самое яркое воспоминание из детства?
— Мне несколько лет довелось быть участником народного ансамбля танца «Припять». Так вот, в его составе в 70-е годы мы участвовали в одном из концертов в Гомеле. В этом же концерте принимал участие в качестве почетного гостя и наш знаменитый на весь мир ансамбль «Песняры». Жили мы с артистами в одной гостинице «Сож», видели и общались с Владимиром Мулявиным, Леонидом Барткевичем, Александром Демешко, Анатолием Кашепаровым и другими участниками легендарного коллектива. А Леониду Барткевичу непосредственно перед концертом мы с моим одноклассником и другом Николаем Титовым давали расческу для приведения в порядок прически. Эти минуты всегда в памяти…
— Игорь Николаевич, и в заключение, как Вы считаете, что нужно делать, чтобы отчетливая память о Великой Отечественной войне не уходила вместе с ее участниками?
— Сегодня, по последним данным, в Республике Беларусь проживает около 13 тысяч ветеранов войны. Им оказываются должные знаки уважения, их свидетельства — живая история. Однако уверен, что у Беларуси, пережившей жесточайшее потрясение и пострадавшей больше других от фашизма, эта рана еще долго будет болеть. Убежден, что исходя из того состояния, в котором пребывает мир, руководители Республики не позволят эти страницы летописи вырвать. Главное, чтобы не переписывалась история. Иначе грозит крах. К чему это приводит, мы видим, в том числе на примере близкой нам Украины. Ведь тот, кто не помнит прошлого не только обречен его повторить, но и лишает себя будущего.
Валентина ПОКОРЧАК.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.