Вечный зов Красного Бора

 

Чтобы мы ни утверждали, характеризуют нас, увы, не слова. Поступки, вот та категория, которая не мельчает как деньги, не выходит из моды подобно платью, а остается, вне времени и событий. Именно эту философскую тему навеял нынешний пенсионер, а в недалеком, собственно, прошлом директор совхоза «Красный Бор» Адам Агиевич.

Домик на окраине

Семенчи поражает аккуратной ухоженностью и оригинальностью. Во-первых, у самой калитки вечнозелеными стражами встречают гостей две стройные туи, во-вторых, довольно-таки приличный огород удивляет идеальностью грядок. В-третьих, жужжащий рой пчел, не обращая на людей внимание, трудолюбиво, по примеру своего хозяина, медоносит, опыляя вездесущие соцветия. Есть еще здесь и в-четвертых, и пятых, и даже, в-десятых… А вот в девяностых прошлого века Адаму Агиевичу пришлось пережить то, что сегодня называют перестройкой. Впрочем, это уже завершающий этап руководителя успешного аграрного хозяйства. До этого ему достались времена развитого социализма, испытавшие на прочность и выносливость, смекалку и способность ладить с людьми.

Парторг

За пять лет заместителем председателя колхоза имени Калинина в Сторожовцах Адам Емельянович так и не сумел срастись с хозяйством. И складывалось все как надо, и пользу приносил, но…

– Меня всегда тянула эта сторона, – объясняет вечный зов червоненской земли бывший руководитель, – везде люди хорошие, но все же туровцы отличаются ментальностью, которая мне не так понятна и близка.

В 1974-ом предложили два колхоза возглавить на выбор. А здесь развернулось строительство Красного Бора. Коммуниста пригласили в райком партии и без обиняков: «Пойдешь парторгом?!». Скорее приказывали, чем интересовались. Так и сошлись в тандеме бывший директор нового хозяйства Марк Кунько и его честь и совесть (именно такая функция возлагалась на указанную должность) Адам Агиевич. Ведь, помните один из главных исторических лозунгов: «Партия наш рулевой»? В нашем случае Адам Агиевич оказался и в самом деле отличным рулевым. Тылы руководителя надежно защитил, а на предприятии не раз собирали показательные конференции с тем, чтобы коллеги поучились, перенимая опыт, который Адам Емельянович нарабатывал интуитивно. В общем, так как подсказывали правила, условия и характер.

Дело осот

Житковичский совхоз, что в Кажановичах, крепко отставал от молодого собрата в Семенче. То ли руководитель слабоват, то ли условия не те. Вот только когда Агиевича «примусили» (а кто ж добровольно пойдет в убыточное хозяйство?) стать директором, в права уже, грозя голодной зимой, вступила осень.

– Если бы весной меня назначили, то засеял бы сам поля, заготовил корма и видел перспективу, – и сегодня уверен бывший руководитель, которому по осени пришлось чужую экономику считать.

А дело в хозяйстве оказалось и впрямь табак. Точнее даже осот – колючий и… спасительный. Чтобы сохранить поголовье свиней, вспомнили дедовский проверенный способ и стали в затонах Припяти добывать указанный и единственный корм – тот самый сорняк. Сохранить поголовье ставил себе задачу. Ведь никого не волновало какие у тебя закрома. До новых кормов хрюшки дожили в полном численном составе. А новая посевная давала шанс более сытой и привесистой зиме. Так в общем и произошло. За два года совхоз хорошо подтянулся, а директору сказали: родина зовет в другой, но такой родной край.

Земля обетованная

Если по-честному, то Семенче Адам Агиевич не изменял. А теперь в общем его работа и дом обрели одну географию. В «Красном Бору» бывшего парторга в качестве директора приняли доброжелательно. Правда, не все. Имелась небольшая когорта людей, предрекшая свой уход из хозяйства пророчески: «Этот нас не выдержит». Поскольку понимали: сам пашет и бездельников не потерпит.

– Эх, если бы тогда сегодняшнюю технику, мобильные телефоны! – мечтательно ностальгирует Адам Емельянович, ни разу не опоздавший на планерку и не дававший спуску коллегам. Порою, ловя на мякине не прозондировавших обстановку в поле или на ферме и пытающихся что-то доложить с раннего утра информированному руководителю.

Тот, кто помнит, не даст соврать – «Красный Бор» в определенный отрезок времени стал единственным прибыльным совхозом в районе, принося 25% валовой продукции своему региону.

– Пять тысяч крупного рогатого скота, 95 тракторов, 47 автомашин, строительная бригада из 85 человек, – он помнит цифры, факты, и людей, штат которых в хозяйстве насчитывал 850 человек, по именам.

Адам Агиевич прагматизмом обогнал время. Впервые в совхозе заработал комбикормовый цех, сократив затраты не только на производстве, но и доставке. Да-да, с минеральными добавками и балансом зерновых. Он пошел еще дальше, возведя цех жидких минеральных удобрений, до этого с транспортировкой влетавших в копеечку, а теперь производившихся на месте.

А когда появилось подразделение по переработке молока, от которого отделяли сливки, возраставшие в разы в цене, сюда, узрев выгоду, стали свою продукцию свозить и соседние три-четыре хозяйства. Любой процесс требует развития, потому следующий этап воплотил директорскую идею в жизнь производством сливочного масла, что весьма не понравилось Житковичскому профильному заводу. Впрочем, это уже совсем другая история.

Красный Бор

Где строить жилье для переселенцев из Чернобыльской зоны? Этот вопрос открытым оставался недолго.  Специальная комиссия решила – в Семенче. «Занятость для Агиевича», – то ли в шутку, то ли в серьез, заметил кто-то.

– А я, понимая степень беды, в которой оказались люди, и не возражал, – вспоминает бывший директор, под чутким оком которого появился поселок, – пришлось примерить на себя роль вербовщика. Ездили по деревням, приглашали людей, привозили на экскурсию, кормили, доставляли назад… Приходилось бывать в 10 и 30 километровых, зараженных радиацией, зонах.

И все-таки 50 семей заселились в новые домики и нашли здесь приют.

Неравный счет

Пришли иные времена, подступали другие нравы. В регионе создали финансово-расчетный центр, куда обязали отчислять прибыль. Понятно, что убыточным хозяйствам усредненная система оказалась на руку, а вот для рентабельного «Красного Бора» – нож в сердце.

– Мы зарабатывали приличные деньги, но теперь, чтобы купить даже ведро, приходилось унизительно просить разрешение, – с нескрываемой горечью и сегодня вспоминает Адам Емельянович.

Но последней каплей в переполненной чаше нереализованных идей стало снятие проекта цеха по переработке мяса. Причем произошло это по-трусливому молча. То есть, как преданная супругом жена о неверности, директор совхоза о «захоронении» идеи узнал последним. В 1998 году Адаму Агиевичу терять было нечего, – дети выросли, пенсию по Чернобылю оформил, потому особо не заморачиваясь, отправился на заслуженный отдых.

– Следом за Агиевичем уйдет и «Красный Бор», – кто-то бросил прозорливо вслед.

Глядя на этого мудрого и очень проницательного человека, невольно сожалением сжимается сердце от того, что тогда, в 98-ом, у него оказался выбор… Будь дети поменьше, не наступи пенсия, сегодня, возможно, мы имели бы еще одно успешное крестьянское хозяйство и гордились бы им не меньше, чем успехом Михаила Шруба.

Покой ему не снится

Сегодня Адам Агиевич, который, кстати, в конце августа отметит 80-летний юбилей, часть своего участка засадил голубикой, откликающейся на заботу щедрым урожаем. Но главная изюминка его широкого подворья – аэропчелодомик, где можно не только отдохнуть, но и поправить здоровье.

В уютном, пахнущем деревом строении, – две импровизированные кровати, также, как и сам оздоровительный объект, из досок. Под указанными лежаками с двух сторон – ульи, где ни на секунду не прекращают свою работу пчелы, не подозревающие, что кроме медоноса, выполняют еще одну важную функцию.

– Польза от такой терапии – оздоровления ульевым воздухом, благодаря его большой скорости прохождения через организм, огромная в лечении множеств заболеваний, – делится Адам Емельянович испытанным на себе способом. – Аллергия, сердечно-сосудистые, дыхательные желудочно-кишечные недуги, интоксикация – от всего этого есть панацея!

Понятно, что Америку наш пчеловод, демонстрирующий длинный список исчезающих диагнозов, не открыл. Ведь лечебные свойства меда, прополиса, маточного молочка и перги известны давно. А вот то, все «выдыхания» жужжащей оравы дезинфицируют воздух в радиусе 50 метров знают далеко не все…

Одним из реализованных замыслов директора совхоза «Красный Бор» когда-то стал профилакторий. На то время это оказалось своеобразной инновацией. Электрофорез, СВЧ терапия, паровой ингалятор, различные лечебные ванны, грязе-  и озонолечение, и даже сауна… Всего в общем и не перечесть. Так что нынешний лечебный центр можно считать продолжением темы здоровья в новом, частном формате. И для души, и для тела.

Цитаты

*Я бы отказался от директорской зарплаты, если бы она составляла, например, две тысячи рублей, а доярка или тракторист получали 200. Они зарабатывают деньги.

*Никогда в жизни не взял чужое, и считаю это незыблемым правилом.

*За 20 лет директорства ни одного человека не посадил в тюрьму. Хотя некоторым это вполне грозило.

*Взяв на работу человека, его надо где-то определить, дать жилье, чтобы он трудился, не думая о самом необходимом в быту.

Валентина ПОКОРЧАК

Фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.